[personal profile] juliyamr
На смену правой волне придет глобальное социальное государство
Мировая политика – в идеологическом кризисе. Что будет после него?


Колоритная фигура Дональда Трампа затмевает собой по-настоящему глубокие и значительные процессы, олицетворением которых он стал в силу случайных обстоятельств. Трамп не причина раскола в американском обществе, а его следствие. Так болезнь проявляет себя сыпью на коже. Эта болезнь – гораздо более серьезный вызов существующему мировому порядку, чем самое богатое политическое воображение может себе пока представить. После недолгого затишья мир снова пришел в движение, и похоже, что на этот раз движение налево начинается с правой ноги

Перестройка по-американски
На наших глазах в Америке происходит революция, которая имеет шанс стать мировой. По масштабу и воздействию на будущее человечества она может оказаться в одном ряду с самыми значительными революциями Нового времени. Никто не возьмется сейчас предсказать, какими будут сами США и весь мир на выходе из той зоны исторической турбулентности, в которую они сейчас «влетают».

Похоже, Америка дождалась своей перестройки (не путать с «перезагрузкой»). У нее есть как национальное, так и глобальное измерение. Пока она выглядит именно как попытка экстренного торможения на скользкой дороге глобализации. Так, водитель, увидев перед собой на трассе стену огня, инстинктивно резко бьет по тормозам, хотя, может быть, более правильным и профессиональным решением было бы сгруппироваться и вдавить педаль газа.

В течение нескольких десятилетий Запад развивался в тени левого либерального идеализма, пытавшегося отгородиться от вызовов эпохи забором политкорректности. Неоднократно поступали сигналы, что забор этот ненадежен, что от него вреда почти столько же, сколько и пользы, но сигналы эти упорно игнорировались правящими классами западных обществ.

Новая парадигма состоит в том, что при отсутствии хороших решений надо принимать плохие
В конце концов наступил момент, когда смена парадигмы, к которой сводится суть любой революции, стала неизбежной. Старая парадигма предполагала, что при отсутствии хороших решений нужно отложить решение на потом. Новая парадигма состоит в том, что при отсутствии хороших решений надо принимать плохие. Это и есть новый мир Дональда Трампа.

Внешне не связанные между собой политические перемены, которые происходят сегодня в самых разных частях света, должны рассматриваться в контексте глобальной правой волны, возникшей как ответная реакция на длительное доминирование левой волны, спровоцированной развалом СССР. Похоже, две сверхдержавы холодной войны были связаны между собой, как зеркальные частицы, – исчезновение одной не могло не сказаться на состоянии другой.

Это классическая коррекция рынка, только не финансового, а политического и идеологического. Странно было бы ожидать, что после стольких лет инерционного движения влево эта коррекция произойдет без издержек и перегибов. Воображение боится даже представлять, какие гигантские политические пузыри должны будут лопнуть, прежде чем система нащупает новое равновесие.

Конец американской мечты
Как это уже не раз бывало в истории, неомарксисты одновременно дают самое адекватное объяснение причин кризиса и предлагают самые нелепые рецепты его преодоления. Современный неомарксизм наиболее последовательно и целенаправленно вычленяет в качестве главной темы дискуссии экономическое и социальное неравенство и его сущностную связь с природой капиталистической системы.

Не претендуя на то, чтобы популяризовать то, что и без меня хорошо известно (желающие найдут гораздо больше пищи для ума хотя бы в «Капитале в XXI веке» Томаса Пикетти), отмечу только, что именно во взрывном росте экономического и социального неравенства лежит стратегическая первопричина значительной части тех злокачественных социальных и политических процессов, которые разлагают сегодня ткань «старого миропорядка». При этом одновременно растет как неравенство внутри отдельных обществ, так и неравенство между обществами в глобальном масштабе.

Надежды на то, что все само собой разрешится, немного, так как рост экономического неравенства не может быть приостановлен без существенной трансформации современного капитализма. По сути, речь идет об очередной фазе конфликта между производительными силами постиндустриального, информационного общества и характером производственных отношений, позаимствованных им у индустриальной эпохи.

Высокий уровень неравенства делает невозможным стабильное существование демократии, так как приводит к вымыванию ее основы – среднего класса. Социальные лифты в обществе перестают работать, быстро восстанавливается его сословная структура, а правящая верхушка превращается в закрытый клуб по интересам. В таком обществе все сложнее реализовать американскую мечту – то есть, побыв ничем, стать всем (впрочем, вряд ли это только американская мечта).

На обоих полюсах общественной жизни начинают пухнуть непроизводительные классы: с одной стороны, резко растет благосостояние очень узкого слоя рантье, которые уже даже не занимаются инвестированием своих необъятных состояний (за них это делают наемные финансовые агенты), с другой – в геометрической прогрессии увеличивается количество тех, кто не работает, а сидит на пособиях. Демократия, в которой доминирующими силами становятся непроизводительные паразитические сословия (не важно, сверхбогатые или сверхбедные), не может долго оставаться стабильной и будет истекать Трампами и брекзитом.

Особенности национального неравенства
Американцы сегодня вступают на скользкий путь, по которому Россия уже давно идет и, более того, ушла уже так далеко вперед, что догнать и перегнать ее даже Америке будет непросто. Русская «революция неравенства» началась раньше, протекает жестче и дает другим пищу для размышлений. Все-таки есть что-то более глубокое, чем просто личные симпатии в уважении Трампа к Путину, – это родство не душ, а положений.

Россия давно демонстрирует рекордные, почти фантастические показатели разрыва между богатством и бедностью. Разница может быть в том, что в Америке неравенство – следствие перегибов в развитии экономики знаний, а в России – перекосов в эксплуатации природной ренты. Правая волна началась с России. У России давно уже есть и свой Трамп, и свой раскол элит. Она в очередной раз оказалась впереди планеты всей.

России не впервой предвосхищать будущее человечества. Именно российская революция 1917 года подтолкнула Запад к созданию социального государства, хотя сама Россия не смогла в полной мере воспользоваться преимуществами первооткрывателя, подтвердив гениальное пророчество Чаадаева: «Мы принадлежим к числу тех наций, которые как бы не входят в состав человечества, а существуют лишь для того, чтобы дать миру какой-нибудь важный урок».

Какой именно урок должно извлечь человечество из опыта нашей «русской весны» на этот раз? Судя по итогам последних трех лет, движение направо оказалось ошибкой. Причина кризиса – неравенство – не только не было устранено, но и продолжает усугубляться нарастающими темпами. Правый проект в конечном счете оказался имитационным. Будущее человечества, скорее всего, все же связано с перспективой создания глобального социального государства, а не со строительством заборов вдоль старых границ. Другое дело, что путь в это будущее может быть весьма извилистым.

Социализм с общечеловеческим лицом
Практически все страны в мире сегодня столкнулись с проблемой неэффективности методов контроля и управления доходами населения. Большевистские методы в данном случае в расчет не берутся, поскольку убийство больного не может рассматриваться как метод лечения, хотя оно и избавляет от страданий. Что касается других методов, то в рамках открытых экономик на национальном уровне их, видимо, просто больше не существует.

Проще всего это видно на примере краха фискальной политики, остающейся единственным реальным инструментом, при помощи которого государство пытается перераспределять доходы между различными социальными группами. Однако социальные последствия налогового регулирования прямо противоположны целям, на которые рассчитывает государство.

В теории пропорциональная система налогообложения должна изымать существенную долю доходов у самых богатых и перераспределять ее в пользу самых бедных. На практике все происходит совершенно не так, потому что современное демократическое государство оказалось не способно контролировать доходы самой состоятельной части общества.

Особенностью современного мира является то, что в нем сформировалась экстерриториальная элита, которая не имеет прочной привязки ни к одной национальной фискальной системе. Сверхбогатые, которым принадлежит львиная доля всех мировых активов, – это люди, живущие в вечном движении, перемещающиеся из одной точки пространства в другую на своих яхтах и самолетах и нигде надолго не задерживающиеся. Часто они платят на договорной основе в каком-либо из государств – убежищ для богатых вызывающе непристойную сумму. Только что избранный президентом Америки Трамп может считаться образцовым состоятельным налогоплательщиком, использующим вполне легальные уловки. К этому следует добавить, что налогообложение крупнейших корпораций устроено не менее остроумно.

Для преодоления кризиса, вызванного глобализацией, нужна еще большая глобализация
В итоге самые бедные (сидящие на игле социальных пособий) не платят налоги по определению, а самые богатые потому, что у них достаточно средств, чтобы существовать в том измерении, куда налоговым службам вход воспрещен. В результате при повышении ставки налогообложения весь удар приходится на тот самый средний класс, ту самую становящуюся все более тонкой производительную прослойку общества, которую все эти драконовские фискальные меры якобы должны защищать и оберегать.

Возникает дурная бесконечность: чем выше экономическое и социальное неравенство, тем больше государство «юзает» налоговый пресс и повышает ставки налогов для самых богатых, но под пресс ложится средний класс, мелкие и средние предприниматели, эффективные и не очень менеджеры, творческая и не очень интеллигенция – в общем, все те, кто является основой и гарантом стабильности демократии.

Прослойка эта тает: опросы свидетельствуют, что в Великобритании все большее число людей, ранее идентифицировавших себя как представителей среднего класса, снова стали относить себя к категории «рабочий класс». Это требует от государства еще более драконовских фискальных мер, имеющих все тот же результат. И на финише мы получаем брекзит, Трампа или итальянские «Пять звезд».

Единственный способ вырваться из этой ловушки – возвратить социальную эффективность налоговым инструментам. Для этого надо вернуть сверхбогатых из их «четвертого измерения» в нормальную жизнь, то есть покончить с экстерриториальностью «больших денег». Только в этом случае можно будет позволить держать максимум налоговой ставки на психологически приемлемом уровне до 25% от суммы доходов и использовать ее как реальный инструмент регулирования, а не социальную профанацию.

Но это невозможно сделать без глобальной, всепланетарной кооперации, против которой как раз и накатывает сегодня правая волна. Получается, что для преодоления кризиса, вызванного глобализацией, нужна еще большая глобализация и международное сотрудничество в рамках некоей единой мировой фискальной системы. В таком случае будущее человечества – это социализм с общечеловеческим лицом.

Разговор в планетарии
Есть старинный анекдот о женщине, которая на лекции в планетарии в ужасе вскакивает, услышав, что Солнце погаснет через пять миллионов лет, и тут же успокаивается, узнав, что на самом деле речь о пяти миллиардах. Тех, кого не волнуют такие большие дистанции, в принципе могли бы и не дочитывать эту статью до конца, потому что в ней они вряд ли найдут ответ на вопрос, что случится с миром через пять лет.

Невозможно сегодня предсказать, как долго будет длиться правая волна и связанное с ней разбегание по национальным квартирам. Однако можно сказать наверняка, что главной проблемы она не решит и только усугубит ситуацию. В лучшем случае произойдет коррекция издержек чрезмерной политкорректности. Но это как с российскими контрсанкциями: их позитивный эффект, связанный с импортозамещением, быстро рассосется, а негативный, связанный с консервацией технологической отсталости, останется навсегда.

На гребне правой волны будет принято очень много отложенных решений, но одновременно будет наломано и много дров. Все это кончится по-настоящему глобальным кризисом, оттолкнувшись от которого по миру пойдет новая левая волна, которая продолжит консолидацию человечества в едином пространстве глобального социального государства. Конвергенция капитализма с социализмом, предсказанная еще Сахаровым, продолжится, пусть и после небольшого перерыва. Правая волна – это всего лишь короткая (по историческим меркам) передышка для уставшего от борьбы мира. Просто Россия решила присесть отдохнуть первой, а теперь к ней присоединилась еще и Америка.
Владимир Пастухов
Политолог, научный сотрудник колледжа Сент-Энтони Оксфордского университета

Profile

juliyamr: (Default)
majoalienus

April 2017

M T W T F S S
     12
34567 89
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 00:04
Powered by Dreamwidth Studios